a_nefiodova (a_nefiodova) wrote,
a_nefiodova
a_nefiodova

Categories:

1987

 Девчёнки, новый флэшмоб!  Причем правил никто не рассказывает, но все догадываются: я вам даю год, а вы рассказываете, как он у вас прошел.
 Я, когда записывалась, выпендривалась, мол, пожалуйста, не раньше 1982, а то нечего будет рассказать, иobormotkinaдала мне 1987.  Оказалось, что и про 1987 я мало помню, но получилось многабукф из-за многословия. 

Когда начался 1987 год, я училась в третьем классе. Это было какое-то очень славное время. Я чувствовола себя большой, умной и энциклопедически образованной и видела впереди какие-то неясные, но большие и заманчивые перспективы.

 Вероятно, за это меня и наградили билетом на кремлевскую елку, но это воспоминание довольно неприятное, так что останавливаться на этом не буду.

 Возможно, в том году мне купили зеленого волнистого попугая, который вскоре сдох. А может, и не в том.

 Кажется, в конце третьего класса полагалось сдавать два экзамена, и мне поставили русский автоматом. Мы закончили начальную школу, и у нас был торжественный выпускной утренник, где присутствовала новомодная красненькая газировка с розовой этикеткой. На этикетке изображался то ли кустик земляники, то ли что-то похожее.

 Я всю жизнь все детство считалась начитаным ребенком, но не помню ни одной книжки, которую тогда прочитала, зато помню журнал «Костер». Это было какое-то очередное модное поветрие: все девки подписались, ну, и я подписалась. И очень оказалось мило.

 Про лето не помню.

 Дальше наступил четвертый класс, мы перешли учиться в другой корпус, средняя школа, фигле. Не сидишь с утра до вечера в своем классе, а переходишь из кабинета в кабинет, в каждом другие парты (на математике серые с рисунком кляксами, на русском светлые, желтоватые с «деревянным» рисунком, еще где-то были такого цвета , который в нынешних мебельных называется «баварский бук»), свои портреты и свои фишечки вроде бумажных многогранников или кактуса-опунции. У нас оказалась замечательная классная-математичка, молодая и полная энтузиазма, в духе фильма «Доживем до понедельника». На прогулках (у нас была продленочная школа, пусть прогулки никого не удивляют) она обычно пристраивалась проверять тетрадки шестиклассников. Они пользовались толстыми общими тетрадями, и мы, робея и не веря, спрашивали, неужели и у нас когда-то так будет? Наталия Николаевна отвечала, что, разумеется, будет, когда в шестом классе вместо просто  математики начнется алгебра с геометрией. Но поверить в это было невозможно. (Кстати, правильно мы тогда не верили, это волшебное ожидание нас обмануло. Во-первых, мы продолжали писать и сдавать домашние работы в тонких тетрадках, а во-вторых, вообще не учились в шестом классе. Тогда приключилась какая-то школьная реформа, утвердилась одиннадцатилетка, и все зачем-то перепрыгнули через класс.)

 В октябре 1987 мне исполнилось десять лет. Мама скзала в шутку: «Теперь скажем, если что: второй десяток девке, а дура дурой» (поймите меня правильно, никогда в жизни наша мама так бы не сказала). В мамином подарке, как всегда, было много каких-то штучек, но мне запомнился только большой пакет ярких желтых и оранжевых леденцов с каким-то повидлом внутри, в элегантных прозрачных фантиках. Теперь, двадцать лет спустя, я могу признаться, что они были не очень вкусные, но зато радовали глаз и честолюбие и их надолго хватило.

 Собственно седьмого ноября восемьдесят седьмого года я не помню, но готовились заранее, как в «Человеке без свойств». В актовом зале долго висел не знаю из чего сделанный красный силуэт «Авроры» с наплывающими на зрителя буквами, текста не помню, но точно ничего интересного. Думаю, что это был такой специальный агитационый тонкий пенопласт, выкрашенный в красное. Что-то происходило, писались статьи в «Пионерской правде», произносились речи, но было ясное ощущение, что это все уже не совсем всерьез и вообще дурацкая паралельная реальность.

 Наступила зима, нападало много снегу, и мы увлеклись игрой в похороны. Мне до сих пор приятно, что честь этого изобретения принадлежит мне. Это я придумала, что выкинутую на помойку длинную картонку из-под ламп можно использовать как гроб. Меня в нее засунули и закопали в снег. Другим тоже хотелось попробовать, но подходящие коробки выкидывают не каждый день, поэтому мы научились обходиться без них и даже разработали особую похоронную технику: где снег примять, как выстроить сводик над лицом и т.п. Как следует закопав покойника, надо было хором закричать: «Мертвец! Вставай!», и покойник восставал в тучах блестящего снега. Все это проделывалось без малейшей мрачности или торжественности, такая веселая зимняя забава для солнечной погоды.

 В конце декабря у нашего класса был первый «новогодний огонек» «как у больших», о нем долго не смолкали восторженные отзывы, но меня там не было, потому что я заболела.  Бой курантов, возвещающий наступление 1988 года, застал меня в коричневом свитере с высоким горлом и в тренштанах.

 Если кто-нибудь хочет получить от меня год - пожалуйте в комментарии.

 А если вас интересует еще какой-нибудь год из моей жизни - я и про него напишу, хоть это и не по правилам. Только, пожалуйста,  не раньше 1982 :)

Tags: мемуары, флэшмоб, я расскажу вам всю свою жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments