a_nefiodova (a_nefiodova) wrote,
a_nefiodova
a_nefiodova

Categories:

1999

 Помните старый флэшмоб с рассказами, кто как провел год?_masquer_выдала мне 1999, и я с тех пор все сочиняла.
Некоторые важные события в мой рассказ не вошли, и все равно получилось ужасно длинно. Мне даже надоело немного, я сто лет уже ничего такого длинного не писала.

 

 На 1999 год мне подарили сразу две одинаковые книжки стихов Льва Рубинштейна, причем первую – vantz (то есть тогда еще не vantz, а просто Интеллектуальный Саша). Мое глупое девичье сердце затрепетало в предчувствии и, в конечном счете, не ошиблось.
 В начале 1999 года я сдала последнюю сессию, состоящую из одного необременительного экзамена по специальности, и первый раз в жизни стала отличницей. Мне даже платили весь последний семестр отличническую стипендию, над чем я очень хихикала. Вообще же год почти поровну поделился на две части: приятную и неприятную.
 Началось с неприятной. Я делала диплом, и у меня не ладилось. Эксперименты не получались, вместо белого кристаллического порошка на фильтре оставалаль сероватая слизь*, материала не хватало, усилия уходили куда-то в песок, стеклянные мерные пипетки ломались в руках. Начальство сердилось (у меня было двое начальников, «шеф и шефиня», колоритная парочка, он длинный, элегантный и с лицом кролика из мультфильма про Винни-Пуха, а она состарившаяся девочка ростом ему немного выше пояса). Шефиня вообще перестала со мной разговаривать и еле здоровалась, а если было нужно что-то мне сказать, передавала через vatsouro (тогда еще тоже никакого не юзера). Вообще, было так неприятно, что я почти все забыла. Может, vatsouro помнит. Была постоянная нехорошая усталость, какая бывает, когда бьешься без толку, и ощущение, что я занимаюсь не своим делом (пожалуй, так оно и было, но зачем же мордой об стол возить?). Помню еще, что я все время прикидывала, чем мне заняться после университета, и ничего не могла придумать. Больше всего я бы хотела быть библиотекарем, но нужно было зарабатывать на жизнь, так что приходилось искать что-то другое. Ближе к защите все как-то утряслось. Как-никак, обзор у меня был, и неплохой, начальство снизошло до поговорить и посмотреть, что тут можно сделать, а vatsouro вообще сделал подвиг великодушия: он набрал мне текст (!!!), причем сам предложил. (Здесь я пользуюсь случаем и всеми мыслимыми способами раскланиваюсь и говорю ему спасибо и за текст, и вообще за подержку и участие.) Моя защита была десятого июня, а шестого весь российский народ отмечал двухсотлетие Пушкина. Под это дело случилось много смешных глупостей, вроде несуразных цитат на больших растяжках над центральными улицами, а наша мама обнаружила в каком-то магазине дешевые хлопчатобумажные носки с Пушкиным на этикетке и накупила их про запас, этикетки мы потом дарили родным и знакомым. Шестого вечером Юрский читал по телевизору «Евгения Онегина», и я воровато вылезала послушать. Заинтересованые лица убеждали себя и друг друга, что, в конце концов, в жизни случаются вещи пострашнее, чем четверка за дипломную работу. Накануне защиты на меня снизошло успокоение. Дергаться было поздно, текст (еще раз спасибо vatsouro!) напечатан, переплетен, отдан рецензенту с опозданием и извинениями (о, как я извивалась!), плакаты напечатаны и склеены из листочков А4 (еще раз спасибо все тому же юзеру). Я приехала домой и на отдельном кусочке бумаги нарисовала черной тушью последние графики, а потом пошла спать. У меня имелся еще один козырь в рукаве: я хорошо делаю доклады. Парикмахерская в главном здании Университета почему-то открывалась очень рано, в восемь утра. Я приехала к открытию и сделала какую ни на есть укладку. Потом пошла к себе, торжественно приклеила на плакат листочек с графиками и торжественно накрасила ресницы. Я всех победила, я таки получила пятерку. Потому что хорошо делаю доклады (собственно, правильнее было бы сказать «делала», но в настоящем времени мне нравится больше).
 Собственно, с этого момента решительно началась хорошая половина года. Я сразу устроилась на работу (вернее, первую работу нашла мне мама: она тоже химик, а наша контора в свое время отпочковалась от их института, там же снимала помещения, и сотрудники через одного были мамины знакомые). Надо было синтезировать на продажу фторорганику. Это сейчас я ученая и много чего знаю про КЗОТ, белую зарплату и соцпакет, а тогда работа по специальности за $250 в месяц и со смутной перспективой защиты представлялась каким-то нереальным везением (вы зря смеетесь, в 1999 году двести пятьдесят долларов – это было едва ли не больше, чем зарплата моих родителей вместе взятых. А может, и вправду больше). Сильно подобревший шеф завел было разговор о том, чтобы мне у них непонятно каким образом остаться «доработать до статьи», но я мстительно ответила, что уже связала себя обещанием. Так и нет у меня ни единой публикации, стыдно сказать. (Впрочем, останься я, тоже бабушка надвое сказала, дошло бы до статьи или нет.) На работе со мной случилось волшебное превращение. В университете я была двоечница и растяпа, которой нельзя доверить не то что перегонку, а даже взвешивание, и у которой надо стоять за спиной (буквально) и присматривать. А на работу пришел дипломированный специалист, выпускник МГУ и автор пятерочного диплома. Мне удалось сразу же произвести впечатление на начальника тем, что я знала температуру кипения трифторуксусной кислоты. Поскольку никто не топтался за спиной, внезапно выяснилось, что руки у меня совершенно нормальные и приделаны как нужно. Мне выделили практически целую тягу (на двоих с шефом, но он на то и шеф, чтобы работать не руками, а головой). Больше не нужно было работать по субботам. Начальник сваливал в шесть, а не в восемь. Никто не воспитывал. И за все за это еще собирались платить, практически по-царски, по моим тогдашним меркам. Кроме того, было очень интересно. За две недели на работе я повидала больше интересного, чем за пять лет в университете. И сухой лед, с которым я раньше никогда не работала. И перегонку в вакууме с щепочкой вместо капилляра. И мешалки незнакомой конструкции, гениально простой и очень удобной. И автоклавку с автоклавами и великанскими гаечными ключами. И незнакомую посуду, всякие там ловушки и склянки Тищенко. И подземный переход между корпусами, похожий на Doom. Словом, было очень приятно.
 В августе все химики уходили в отпуск, и меня тоже отправили и даже заплатили, хотя я проработала только месяц. Вредную работу нам компенсировали не молоком, а дополнительной неделей отпуска. У меня оказалась немыслимо огромная сумма в 250 долларов и тридцать пять дней. Я сходила к зубному и поехала в Сочи, как благоразумная и самостоятельная молодая дама. Тогда я еще умела писать бумажные письма, возможно, кое у кого из френдов они даже сохранились. Я чувствовала себя средним классом. Осенью один наш родственник отправился на Ахтубу ловить исполинских сомов и попросил меня пожить в его квартире с тем, чтобы гулять с собакой и поливать цветы. Можете себе вообразить такое счастье? Наконец-то, наконец-то я оказалась одна! Никто не курил в квартире. Нигде не бормотало ни радио, ни телевизор. Можно было пить чай когда вздумается, а не ждать, когда бабушка уйдет с кухни, а устроившись с чашкой, не опасаться, что она внезапно заявится и засядет. У меня была целая кухня, и я, по меткому выражению[info]grapp_a, порхала и щебетала над кастрюльками, сковородками и сотейничками. Счастье, счастье, что там. Кроме того, первый раз с окончания девятого класса мне было недалеко ездить. Я работала на улице Вавилова, а жила на улице архитектора Власова, возле «Профсоюзной». До работы было две остановки на метро (быстро) или пять на трамвае (живописно), а между домом и работой очень хорошая «Академкнига» с букинистическим отделом.
 Однажды утром, только мы начали работать, как внутреннее радио объявило, что скоро выключат на целый день воду. И холодную, и горячую. (Некоторое примечание: вообще-то так делать нельзя. Это не просто свинство, но опасное свинство. Наиболее расторопные сотрудники могли успеть поставить какие-нибудь саморазогревающиеся реакции, а без воды очень трудно наладить охлаждение, особенно если все уже собрано и запущено. Такое легкомыслие могло повести к серьезным неприятностям и даже трагедии в виде пожаров и взрывов. Но не повело.) По счастью, никто не успел затеять ничего серьезного, мы все выключили, помыли руки, поливая друг другу из баночки, и разошлись по домам. Я поехала домой, пообедала и отправилась прожигать жизнь (вот на Выхино если поедешь с Ленинского обедать, то скорее всего никуда уже не выберешься, а с Профсоюзной запросто). Видимо, была поздняя осень, потому что я помню снег на зеленой траве и мокрый асфальт. Я очень удачно прошлась по книжным, помню кучу книг на кровати, но назвать могу только Стерна, остальное стерлось. Так прошел один из счастливейших дней в моей жизни, из тех, которые хранятся в ящичке под табличкой «драгоценные воспоминания».

 Потом родственник вернулся со здоровенной соленой рыбиной в виде подарка, я отчалила домой (тогда это значило «к родителям»), и жизнь потекла дальше. Я выкинула из своей комнаты старые шкафы и купила новые, наиболее дальновидные американцы запасали туалетную бумагу и батарейки к фонарикам в ожидании коллапса при наступлении года с тремя нулями, Ельцин произнес свое знаменитое «я устал», наступил 2000 год, ничего не произошло.

 Так закончилась приятная половина 1999 года, потому что всему на свете приходит 

КОНЕЦ

*Недавно я узнала, что понятие «серая слизь»имеет какое-то отношение к нанотехнологиям, про него написано в «Наноазбуке», но моя была просто серая слизь в самом прямом смысле без всяких наноконнотаций.

Если кто надумает поиграть в остывший флэшмоб, просите год в комментариях.

Tags: мемуары, сентиментальный вздор, флэшмоб, я расскажу вам всю свою жизнь
Subscribe

  • рассказ рабочего, который видел Ленина

    Мне мама рассказывала, как однажды в Москву приехал Фидель Кастро, и их всем институтом погнали встречать, то есть создавать приветствующую толпу.…

  • Тарту и мое советское детство

    Я уже когда-то говорила, что в Тарту у меня часто возникает ощущение, будто я перенеслась на тридцать лет назад. Отчасти этому способствуют…

  • запоздалое знакомство

    Только что, с опозданием примено на двадцать пять лет, я посмотела "Маленькую Веру". То есть двадцать пять лет назад меня бы на нее в кино…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments

  • рассказ рабочего, который видел Ленина

    Мне мама рассказывала, как однажды в Москву приехал Фидель Кастро, и их всем институтом погнали встречать, то есть создавать приветствующую толпу.…

  • Тарту и мое советское детство

    Я уже когда-то говорила, что в Тарту у меня часто возникает ощущение, будто я перенеслась на тридцать лет назад. Отчасти этому способствуют…

  • запоздалое знакомство

    Только что, с опозданием примено на двадцать пять лет, я посмотела "Маленькую Веру". То есть двадцать пять лет назад меня бы на нее в кино…